Рецензия к аниме «Евангелион»

Дисклеймер

В рецензии есть незначительные спойлеры!

«Евангелион» — произведение, подарившее мне тонну незабываемых эмоций. Это первый тайтл, который я пересмотрел больше четырёх раз всего за полгода. За что же можно так сильно полюбить эту историю? Лично меня она зацепила обилием скрытых смыслов, глубокой философией и множеством загадок, над которыми хочется размышлять часами. В конце концов, я просто не мог не написать рецензию на своё самое любимое аниме.

Причин для такого культового статуса у сериала предостаточно. Давайте попробуем разобраться, как именно устроена эта история и почему она так сильно западает в душу.

Глава 1: «Отец?»

Завязка истории притворяется стандартным меха-боевиком: главному герою по имени Синдзи Икари звонит отец с просьбой приехать в город. Несмотря на затаённую обиду, парень соглашается. Им движет простое человеческое желание — получить хоть каплю признания от человека, который бросил его в детстве сразу после смерти матери. Едва Синдзи прибывает на место, город содрогается от нападения Ангела — колоссального существа, чья цель, продиктованная самой природой, заключается в уничтожении человечества. В начавшейся неразберихе парня спасает Мисато Кацураги, сотрудница секретной организации NERV, созданной для борьбы с этой угрозой.

Оказавшись на подземной базе, Синдзи наконец видит отца и надеется на теплое воссоединение. Но реальность бьёт наотмашь: Гэндо Икари вызвал сына ради сугубо прагматичной и жестокой цели — заставить его сесть в Еву. Эти огромные биороботы — единственное оружие, способное пробить защиту Ангелов, ведь обычная военная техника против них бессильна. Синдзи, руководствуясь здравым смыслом, отказывается. И его легко понять: кто в здравом уме полезет в жуткую махину лицом к лицу с монстром? Однако Гэндо идёт на подлость. Он заявляет, что в случае отказа в бой отправят Аянами Рей — другого пилота, которая едва дышит и вся покрыта бинтами после тяжёлого ранения. Не выдержав этого зрелища, Синдзи переступает через страх. С этого момента его жизнь превращается в бесконечную череду сражений.

Со временем сюжет раскрывает всё больше жутких тайн, и немалую роль в этом сыграло то, что режиссёр Хидэаки Анно во время создания сериала страдал от тяжёлой депрессии. Ближе к финалу повествование окончательно превращается в психоделический трип. Из-за этого «Евангелион» смотрится тяжело, местами кажется безумным и зайдёт далеко не каждому. Но именно за смелость и глубину его и ценят.

Психологические травмы героев — черта, которая сильнее всего бросается в глаза. Честно говоря, местами этот парад душевных болячек меня даже раздражал. То Синдзи сбегает из дома, бросая всё, то Аска выкинет нечто, вызывающее тонну негативных эмоций. Конечно, главного героя можно понять: он всего лишь подросток, на которого свалили ответственность за спасение человечества. Но это не отменяет того, что от их поведения порой откровенно устаёшь при просмотре.

Глава 2: «Кто вы все такие?»

Если в первой главе я говорил о том, как утомляет поведение героев, то здесь хочется заглянуть глубже. Персонажи «Евангелиона» — это не просто капризные подростки или клишированные спасители мира, а настоящий ходячий сборник психологических травм. В этом сериале буквально каждый ключевой герой по-своему страдает от глубоких внутренних расстройств, маскируя их под разными социальными ролями.

Синдзи Икари — главный герой, вокруг которого крутится весь сюжет, и одновременно с этим живой магнит для проблем. Как личность он добрый, но глубоко травмированный. Буду честен: с огромной вероятностью этот персонаж будет вас бесить. Он вечно жалуется, совершает абсолютно нелогичные поступки и порой творит вещи, вызывающие бурю негативных эмоций — вроде своего знаменитого побега из дома.

Меня Синдзи поначалу раздражал точно так же. Однако со временем, когда начинаешь осознавать масштаб давления на его психику и то одиночество, в котором он оказался, раздражение частично сменяется пониманием. Он перестал меня откровенно утомлять, хотя осадок и чувство глухого недовольства его поведением всё равно никуда не делись до самого финала.

Рей Аянами — первый пилот Евангелиона. Это, пожалуй, самый загадочный персонаж сериала, раскрытие которого происходит очень дозированно. По ходу сюжета между ней и Синдзи возникает странная, почти мистическая связь, а тайны её происхождения заставят зрителя знатно поломать голову.

Психологический надлом Рей выражен в глубоком экзистенциальном кризисе. Она абсолютно отрешена от мира, не проявляет эмоций и долгое время искренне не понимает собственной ценности, воспринимая себя лишь как живое орудие, у которого нет права на индивидуальность. Наблюдать за тем, как в этой «фарфоровой кукле» постепенно просыпается человечность — один из самых сильных элементов повествования.

Мисато Кацураги — оперативный командующий NERV. Практически сразу она берёт Синдзи под свою опеку, пытаясь заменить ему семью, и они начинают жить под одной крышей. На первый взгляд Мисато кажется яркой, красивой и весёлой девушкой, у которой, в отличие от замкнутых пилотов, нет явных душевных надломов. Она умело прячет внутреннюю пустоту за бытовой неряшливостью, алкоголем и напускным оптимизмом.

Однако её травмы ничуть не меньше, чем у остальных. Будучи подростком, она оказалась в самом эпицентре Второго удара и на собственных глазах потеряла отца. Этот кошмар оставил на её психике глубокий след, превратив Мисато в глубоко одинокого взрослого, который отчаянно ищет тепла, но так же, как и дети, боится открыться людям.

Аска Лэнгли Сорью — пожалуй, самый раздражающий персонаж сериала. Я в целом нормально отношусь к архетипу «цундэрэ», но случай Аски — совершенно уникальный. Она ведёт себя как эгоистичная стерва, чьё поведение выходит за рамки обычного капризного характера. Да, её мотивы можно попытаться оправдать тяжёлыми психологическими травмами: здесь ярчайшим образом проявляются комплекс неполноценности, скрытая депрессия и та самая «дилемма дикобразов» — когда человек отчаянно нуждается в тепле, но ранит любого, кто пытается подойти близко.

Однако, в отличие от ситуации с Синдзи, это знание не заставило меня сменить гнев на милость. Я испытываю к Аске глубокую неприязнь из-за её бесконечного высокомерия, зацикленности на лозунгах в духе «я должна победить любой ценой» и откровенно токсичного отношения к Синдзи. Наблюдать за её постоянными попытками самоутвердиться за счёт окружающих порой было тяжело.

Гэндо Икари — отец Синдзи и, пожалуй, самый отталкивающий и жестокий взрослый в этой истории. Будем честны: как отец он абсолютное ничтожество. Ему годами плевать на собственного сына, но корни этой жестокости кроются в трусости. Гэндо панически боится эмоциональной близости. Пережив страшную потерю жены, Юи, он закрылся от мира в глухой броне, чтобы больше никогда не испытывать эту невыносимую боль. У него классический избегающий тип привязанности, помноженный на глубокую депрессию и тотальную одержимость прошлым. Гэндо манипулятивен, эмоционально мёртв и полностью поглощен чувством вины. Возможно, где-то на самом дне своей исковерканной души он и сохранил крупицы любви к сыну, но его сознательный выбор — использовать собственного ребёнка как бездушный инструмент для достижения личных целей.

Глава 3: «В объятиях неизбежности»

Атмосфера «Евангелиона» — это то, что удерживает у экрана сильнее любого экшена. Сериал отлично играет на контрастах. Он начинается как относительно привычная фантастика с яркими красками летнего города, цикадами и моментами бытовой комедии. Однако за этим фасадом с первых же минут сквозит глухое, липкое чувство тревоги.

Чем дальше продвигается сюжет, тем сильнее атмосфера сгущается, превращаясь в тягучую психологическую драму. Авторам удалось передать абсолютное, осязаемое одиночество: персонажи могут находиться в одном помещении и говорить друг с другом, но между ними всегда чувствуется непреодолимая стена. Ощущение надвигающегося апокалипсиса и безысходности давит не только на героев, но и на самого зрителя. Это не тот тайтл, под который можно расслабиться после тяжёлого дня — его атмосфера буквально опустошает, заставляя переживать этот дискомфорт вместе с персонажами.

Глава 4: «Ты же (не) идеальный, ведь так?»

Как ни крути, создать безупречное произведение невозможно, и даже у такого культового шедевра есть свои слабые стороны. В сети «Евангелион» часто ругают за чрезмерную мрачность, излишнюю психоделию, которая порой кажется абсурдной, или вовсе называют фансервисом для подростков, пытающихся казаться «не такими, как все». Однако, отбросив эти стереотипы, я при пересмотре заметил куда более приземлённые и реальные минусы.

1. Затянутость и просадка темпа в середине: Сюжет местами откровенно буксует. После бодрого начала сериал на какое-то время превращается в «монстра недели», где герои просто ждут следующего Ангела, а развитие истории замирает.

2. Психоделический перегруз финала (25 и 26 серии): Из-за проблем с бюджетом и сроками Хидэаки Анно выдал вместо масштабной развязки двухсерийный психоанализ на фоне схематичных рисунков. Да, в этом есть глубокий смысл, но визуально и сюжетно это многих оставило у разбитого корыта — по крайней мере, пока не вышел фильм «Конец Евангелиона».

3. Религиозный пафос ради пафоса: Все эти христианские кресты, каббала и имена Ангелов, как признавались сами авторы, были вставлены просто потому, что это выглядело «круто и загадочно» для японской аудитории. Глубокого теологического смысла там изначально не планировалось, что для кого-то может стать обманом ожиданий.

4. Вторичные персонажи-функции: Если главной троице и ключевым взрослым уделили массу времени, то одноклассники Синдзи (Тодзи и Кэнсукэ) или рядовые сотрудники NERV часто кажутся просто картонными декорациями, нужными лишь для продвижения сюжета.

   ---

   Глава 5: «Но не всё же там мрачно?»

После разбора минусов и тяжёлой атмосферы хочется поговорить о том, что безоговорочно заслуживает восхищения — о звуковом сопровождении и актёрской игре. Именно музыка и голоса сэйю сглаживают общую мрачность, превращая просмотр в уникальный аудиоопыт.

Легендарный опенинг «A Cruel Angel's Thesis» — это гениальный пример контраста. Пока сам сериал медленно погружает зрителя в депрессию, заставка встречает нас невероятно бодрым, энергичным поп-мотивом, который моментально въедается в память. В противовес ему, эндинг «Fly Me to the Moon» работает как идеальное успокоительное, позволяя выдохнуть после очередного тяжёлого финала.

Но настоящая магия происходит во время боевых и психоделических сцен благодаря феноменальной работе актёров озвучки (сэйю). То, как Мэгуми Огата передаёт панические атаки Синдзи, его крики ужаса и безысходности, заставляет кожей чувствовать всю боль персонажа. Актёры не просто зачитывали реплики — они буквально проживали эти ментальные расстройства у микрофона, выкладываясь на максимум. Без их надрыва и искренних эмоций «Евангелион» потерял бы половину своей силы.

Опенинг на русском. Эндинг на русском.

Глава 6: «Как же мне без тебя плохо»

Финал «Евангелиона» — это момент, когда зритель остаётся один на один с оглушающей пустотой. Послевкусие от просмотра этого шедевра сложно сравнить с чем-то ещё. Сериал устроен так, что он сначала безжалостно выворачивает твою душу наизнанку, заставляя страдать вместе с персонажами, а затем внезапно обрывается, оставляя тебя в абсолютном ступоре перед бегущими титрами.

Лично я пересматривал эту историю больше четырёх раз, и каждый раз финал оставляет один и тот же глубокий след. Это странная смесь опустошения и ментального облегчения. «Евангелион» не пытается развлечь или утешить; в конечном счёте он заставляет тебя оглянуться на собственную жизнь и признать свои страхи. Именно из-за этого эмоционального выгорания тайтл и врезается в память навсегда. Тебе физически плохо от того, что это тяжёлое путешествие подошло к концу, но ты отчётливо понимаешь — внутри тебя только что что-то навсегда изменилось.

Спасибо всем, кто дочитал рецензию до конца. Надеюсь, я смог вас заинтересовать и вы тоже посмотрите этот шедевр, который, на мой взгляд, обязан увидеть каждый. Если у вас появились вопросы или вы хотите поспорить касательно персонажей и финала аниме — обязательно задавайте их в комментариях, я с радостью отвечу.

«В любом месте может быть рай, если у тебя есть желание жить. В конце концов, ты жив, так что у тебя всегда есть шанс быть счастливым. До тех пор, пока существуют Солнце, Луна и Земля — все будет хорошо» — Юи Икари